Злодейский путь!.. [том 5-6] - Эл Моргот

Муан почтительно склонил голову, хотя в его словах было мало почтения.

Ал стоял перед высокой многоярусной пагодой Небес. Мимо ежеминутно проходили люди, спешащие в храм Истинного Бога, что находился в центральном здании монастыря, расположенного подле пагоды. Несмотря на то, что солнце уже клонилось к закату, на площади перед монастырем было многолюдно. Ал целый день таскался за отчимом, почти ничего больше не делая. Постепенно шок от этой случайной встречи прошел, и в груди парня поднималось раздражение. Неизвестность угнетала, и вместо того, чтобы узнать, что сейчас с учителем и мелким мечником, он таскается за отчимом, как привязанный.

Ал уже почти было решился просто сбежать — и поминай как звали, но не успел сделать и шага с того места, где ему приказали подождать, как вернулся отчим.

— Я обговорил все детали, — сообщил он. — Настоятель пожелал купить весь мой товар, поможешь мне с перемещением, некоторые из них своенравные и могут сбежать. Видимо, настоятель рассчитывает перевоспитать строптивых. Не важно.

— И потом я могу быть свободен? — процедил сквозь зубы Ал.

Отчим с насмешкой посмотрел на него.

— Можешь валить туда, где ты там ночуешь. Но чтобы завтра поутру был у моей базы. Учти, я весь Хэфань перерою, если ты не явишься.

Ал молча уставился в землю. Завтра он вернется вместе с Шеном. Он докажет своему отчиму, что говорил правду.

Шен поднялся на ноги и чуть поморщился.

— Все в порядке? — тут же отреагировал старейшина пика Славы.

— Да, просто мышцы немного ноют, — отозвался тот, не желая вдаваться в подробности при старике. — Господин Шао, спасибо за вашу помощь, — поклонился Шен, почтительно соединив руки перед собой. — Обещаю, что мы сделаем все, что в наших силах, чтобы выполнить вашу просьбу.

Старик также поднялся и поклонился заклинателям.

— Жду вас через день, — при этом совершенно непочтительно произнес он.

«Раздражаешь…» — подумал Шен, продолжая спокойно смотреть на него.

Кивнув, они с Муаном, наконец, распрощались и двинулись в Хэфань.

— Ты ему веришь? — спросил мечник, когда они отошли подальше.

— Предпочитаю не делать поспешных выводов.

— У тебя все еще что-то болит? — перескочил на другую тему Муан.

— Это не то, чтобы боль, — честно отозвался Шен. — Так, неприятное ощущение. Мне кажется, ко мне прицепился призрак той Есу.

— Так верни заколку на волосы!

— Точно!

Шен резко остановился, достал заколку и кое-как скрепил свои неравномерно подстриженные волосы.

— Твоя прическа оставляет желать лучшего. Не желаешь подравнять волосы?

— Не вижу в этом необходимости. Предполагаю, они могут так же стремительно отрасти в любой момент.

— А пока этого не произошло, так и будешь ходить вот так? — неодобрительно произнес Муан.

— Ага, — Шен кивнул и широко улыбнулся.

«Да пусть хоть гнездо на голове, пока он так улыбается», — подумал сраженный этой улыбкой мечник.

Глава 137. Розовый в пыли сожалений

Когда Ал закончил с работой, было уже затемно. Он побежал через весь город в Павильон Утешений, надеясь, что Шен с Муаном там и ему не придется больше терзаться от неизвестности. Беспокойство, на время вытесненное появлением отчима, вновь нахлынуло на него.

Ал задевал редких прохожих, отталкивал, не извиняясь, и стрелой летел вперед. Луна взошла над Хэфанем, в городе не горело ни одного фонаря. Изредка по улицам проходила стража, разносились крики глашатая: «Закрывайте двери! Не зажигайте огня! Берегитесь воров! Молитесь Истинному Богу!», звучали удары гонга.

Ал с трудом сориентировался в переплетении улиц, но все же нашел нужную. Издалека была слышна музыка: пусть света в Павильоне Утешений не было, он все еще не собирался спать.

Быстрым шагом парень вошел внутрь, миновал двор и очутился в общем зале.

Слышался шепоток и тихий смех, резкий запах благовоний витал в воздухе и раздражал нос. Ал чихнул и прошел к лестнице, ни на кого не обращая внимания. Он быстро поднялся, перепрыгивая через три ступеньки, и влетел в комнату.

Та была пуста. Сердце Ала замерло, а затем глухо застучало, в панике подбираясь к горлу.

Муан отставал от Шена на шаг и шел, глядя ему в затылок. Они двигались так уже какое-то время, и старейшина пика Славы сам не давал себе отчета, почему выбрал такое положение, но отчего-то ему нравилось идти так и смотреть на него. Шен ушел в свои мысли и был не разговорчив. Они возвращались в Павильон Утешений уже около трех часов, спустились в Хэфань, и оставалось пройти по городу. Небо окрасила чернильная ночь, на тротуары легли лунные тени. Заколка с бубенчиками слабо позвякивала при каждом движении Шена. Этот звук мелодично разносился по пустым улицам.

— Я вот думаю, — неожиданно начал Шен, — завтра нужно будет еще раз посетить тот недостроенный павильон.

— Что? Зачем?!

— Когда тебя забрали призраки, я пообещал одной из них, что найду их брата.

— Хочешь сказать, этот призрак может преследовать тебя вечно, пока ты не исполнишь обещание? — нахмурился Муан.

— Что-то вроде того, — согласился старейшина пика Черного лотоса.

Еще он думал о том, что раз даже уменьшение Муана в итоге оказалось одной из адаптированных арок, то история с призраками определенно тоже из их числа. Не известно, как поведет себя Система, если он проигнорирует эту арку и не закроет ее.

Конечно, если бы он стал делиться этими мыслями с Муаном, объяснения бы затянулись, поэтому он выразился проще.

— Ты что-нибудь помнишь из того, что было, когда тебя забрали призраки?

Муан поморщился, эта формулировка ему не нравилась, хоть и поспорить было не с чем.

— Совсем ничего не помню. Последнее воспоминание, это как кто-то толкнул меня с лестницы. Ты видел, кто это был?

— Там никого не было. Точнее, я никого не видел.

Через дорогу метнулась кошка, в темноте она казалась черной. Шен замер, потому что та выскочила почти ему под ноги. Сориентировавшись, кошка бросилась прочь, а Шен проводил ее взглядом. Отбежав на несколько метров, кошка развернулась и посмотрела на него сверкающими в лунном свете круглыми глазами.

Шен отвернулся и пошел дальше, а Муан, в который раз инстинктивно проведший рукой у левого бедра, где обычно висел меч, с досадой цокнул языком.

Немного пройдя вперед, Шен продолжил, возвращаясь к прерванному разговору:

— В видении Есу было стойкое ощущение, что в семье шестеро детей. Но в павильоне я видел только четверых.

— И что ты хочешь этим сказать?

— Что во всяком